На самом деле ее больше волновал отец. Не дай бог потерять его. Если с компанией что-нибудь случится, Огасту Ламберту больше не за что цепляться в этой жизни.

— «Ринард инвестментс».

Опять?

Гевин Ринард охотился за «Клозит Темпест» десять лет. С того дня, как его компания появилась на инвестиционном рынке, он не оставлял попыток поглотить компанию отца.

— Значит, Чарли будет тем самым вице-президентом, который поможет тебе с ним справиться? — тщательно следя за своим голосом, спросила Темпест.

— Да. Мне нужен вице-президент отдела по связям с общественностью, который поможет нам выбраться из трудной ситуации и обеспечит хорошую рекламу.

— Я-то думала, что мои снимки и статьи обо мне лучше всякой рекламы, — пробормотала Темпест.

— Но не той, что нам нужна.

— Отец, пожалуйста…

Всю свою сознательную жизнь Темпест заботилась о том, чтобы не стать объектом жалости со стороны окружающих. Бедная богатая девочка, лишенная материнской любви и ласки. Поэтому она создала образ этакой светской штучки, которой все нипочем. И вот теперь, кажется, пришло время расплачиваться за свой выбор.

Несмотря на слухи, которые когда-то наводнили университет, — о том, что она получила диплом только благодаря декану факультета, с которым у нее якобы роман, — это было не так. Она обязана дипломом только себе, но никак не Стэну.

Девушка скрестила ноги, чувствуя мягкое прикосновение шелкового платья от Валентино, и краем глаза посмотрела на отца.

Огаст вздохнул.

Все ясно, кроме одного: почему решение отца так ее потрясло? Было неприятно сознавать, что она всегда ожидает от него того, чего он никогда не сделает.

— Темпест, извини, но я уже принял решение.

— Прими другое, — сказала она, начиная закипать и жалея, что не всегда может вести себя так же невозмутимо и спокойно, как отец.